САЙТ ИМЕЕТ ВОЗРАСТНОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ 18+
Пожалуйста, обратите внимание на оповещения размещенные на нашем сайте! А именно данный ресурс предназначен для лиц строго старше 18 лет, если Вы еще не достигли этого возраста убедительная просьба покинуть наш сайт с целью личной безопасности и соблюдения законов РФ.
Все рассказы и фотографии добавлены непосредственно самими пользователями, а это значит, что администрация проверяет лишь соблюдение законов РФ и тематику контента Размещенный контент не является пропагандой гомосексуализма.
Ограничение 18+

Как Никандрыч меня трахал

Ой, что было. Охуеть. Как говорят, пиздец нечаянно нагрянет. Не со мной было бы - не поверил. Я работаю связистом уже четыре года после института. Контора у нас в городе, а линия - 25 км в одну сторону, 25 - в другую. Вот я по ней и езжу, обслуживаю точки. Ну, там подкрутка, подтяжка, равномерное размазывание пыли. Когда на машине отвезут, когда сам на автобусе, а чаще на электричке. На этих точках, кроме шкафов на улице, стоят будки ДТ КТП. Домики такие из шлакоблоков - маленькая комнатка и предбанник с лопатами, кабелями и прочим хламом. В будке положено дежурить монтеру. Работа у него рутинная, тоскливая - целый день один. Квасят все.

Приехал я на *** разъезд, отковырял положенное в своих двух шкафах и в будку пошел греться. Зима, холодно, а электричка только в 14.46. Захожу. В клубах сизого дыма сидит Алексей Никандрович, монтер тамошний. Среднего роста дядька, худощавый, жилистый, с задубелой обветренной кожей и седой растрепанной головой. На столе - пузырь, мутный граненый стакан, чайник и банка из-под кофе в качестве пепельницы. На газете - хлеб, сушеная рыба, соленые огурцы. Уже датый. Вообще-то, Никандрыч мужик хороший, мне нравится. Молчаливый, серьезный, рукастый, всегда о чем-то своем думает. 60 лет ему, на пенсии, но еще работает. Сильный мужик - кулак у него как два моих.

- Здорово.

- Здорово.

- Никандрыч, - говорю, у тебя тут сдохнуть можно. Дым аж глаза щиплет.

Молчит, смолит папиросу. Ну, я достаю свой хавчик, пока разогрел на плитке, пока поел. Никандрыч ритуально предложил накатить, хотя знает, что я все равно откажусь. Разговор потихоньку капает. То да сё.

- Ты, Славка, чё не женишься?

Привычно отвечаю:

- Не встретил еще.

- Девок, поди, таскаешь?

Смеюсь, глаза в стол. Не люблю я эти разговоры.

- А я уж забыл, когда последний раз бабу ебал.

Помолчали.

И вдруг:

- Ты, Слав - голубой?

И смотрит на меня, щурясь от папиросного дыма. У меня кровь от лица отхлынула. Заикаюсь:

- Да с чего Вы взяли?

Пепел с папиросы упал на стол и Никандрыч, не спеша, здоровенной ручищей смел его на пол.

- Чай, не дурак.

Опять помолчали. Я лихорадочно соображаю, что делать дальше.

И вот тут Никандрыч выдал номер:

- Слав, давай я тебя в попу выебу.

У меня дар речи пропал. Сижу глазами хлопаю. Никандрыч рассудил молчание по-своему:

- Ты не ссы, никто не узнает.

Что за человек - что не фраза то перл. А дальше... А дальше мои мозги отключились. Напрочь. Остались только инстинкты и рефлексы. Ну, черт меня дернул?

Я встал со стула, трясущимися руками расстегнул штаны и снял плавки. Стояк у меня уже был на все сто. Немного помялся и снял все остальное: свитер, рубашку, футболку. Никандрыч тоже поднялся и начал расстегиваться.

В комнате две стены занимает стенд с приборами, подставка с телефоном и рацией, у третьей стены - стол, а у дверей - широкая лавка с набросанными старыми одеялами и засаленными фуфайками. Ну, чтобы было, где покемарить. Вот на эту лавку я и лег, задрав ноги к голове (не буду врать, что это у меня впервые, ну было). Никандрыч разделся по пояс. Мосластый, с седой волосатой грудью, поджарым животом. Затем пошуршал с пуговицами и приспустил штаны.

Сюрпра-а-а-айз!

Здоровенный елдак. Больше, чем у меня. Темно-коричневый, с вздутыми венами и лиловой вытянутой головкой.

Нихуя себе дед.

Дальше все происходило в полном молчании. Смачный харчек и залупа начала вдавливаться. И тут он как засадит по самые!

Бля, козел, больно же!

Никандрыч, ухватив лапами за ляжки, навалился и, тяжело сопя, со сжатыми губами, начал таранить меня в задницу. Сурово мне пришлось по началу - туго, почти без смазки.

На стенде с приборами - электрические часы с красными цифрами. Так вот - 23 электронных минуты кочегарил меня дед! Мне уже было: 1) классно; 2) кайфово; и 3) просто охуеть как кайфово, когда Никандрыч глухо, утробно зарычав, напрягся и в кишечнике стало горячо. Тяжело дыша и облизывая пересохшие губы, он больно сжимал мои задранные ноги.

И что вы думайте. У него даже не упал! Отдышавшись некоторое время, он снова принялся меня юзать.

Бурные аплодисменты!

12 минут по таймеру, когда он, наконец, впихнулся в меня чуть не с яйцами. Стоит потный, красный и натужно сопит, сжимая мне задницу.

Я удивлен, вы удивлены, мы все удивлены, но Никандрыч пошел на третий круг, не вынимая!

Ну них...чего себе!

Не, думаю, с меня хватит. Надо отползать. Дыра разболтана, нервы обожжены, удовольствие так себе, прямо скажем. Ну, жду, когда кончит. Через 10 минут начинаю жалобно поскуливать:

- Никандрыч, я больше не могу, хватит, больно!

Он:

- Щас-щас.

Ага, эти самые "щас-щас" растянулись на 28 минуты! У меня уже сил нет, все саднит.

Кончил, слава тебе Господи!

Постанывая и охая, пытаюсь разогнуть затекшие ноги. Из отверстия потекла сперма. Черт, где же носовой платок.

Оделись. Сели. Помолчали. Натянуто заговорили ни о чем. Оба делаем вид, что ничего такого не произошло. Никандрыч опять смолит папиросу. А через час я, наконец-то, потопал на электричку.

Дома лежу в горячей ванне, отмачиваю задницу и казню себя - какой придурок! Нет, ну просто больной. Врача позвать? Что, совсем ничего не соображаешь? Правильно люди говорят - не ебись, где живешь и работаешь.

Через месяц я снова был на этом разъезде. Никандрыча не было. Дежурил Сашка - светловолосый крепыш. А в следующий ревизионный объезд, очищая шкафы, я видел у домика пазящего Никандрыча.

В будку я не пошел. На улице ждал электричку. Тепло. Весна ведь.