САЙТ ИМЕЕТ ВОЗРАСТНОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ 18+
Пожалуйста, обратите внимание на оповещения размещенные на нашем сайте! А именно данный ресурс предназначен для лиц строго старше 18 лет, если Вы еще не достигли этого возраста убедительная просьба покинуть наш сайт с целью личной безопасности и соблюдения законов РФ.
Все рассказы и фотографии добавлены непосредственно самими пользователями, а это значит, что администрация проверяет лишь соблюдение законов РФ и тематику контента Размещенный контент не является пропагандой гомосексуализма.
Ограничение 18+

По объявлению

Часть 1

Познакомились мы через объявление в газете, которое он дал. Сказано там было примерно следующее: "Парень ищет друга для совместного времяпрепровождения". Все было предельно ясно. Написал письмо, бросил в ящик и стал ждать ответа. Через 4 дня получаю голубой конверт с голым ангелочком, содержавший краткое сообщение о том, что его зовут Дима, и номер пейджера. Созвонились, назначили время и место встречи.

Выйдя из метро, я внимательно осмотрелся, но подходившего под описание парня "в дутой куртке и синих джинсах" пока не было. Появился он минут через десять и встал у противоположного входа в метро, вглядываясь в лица проходивших мимо парней. Понаблюдав для верности еще минуты четыре, я подошел к нему и спросил:

- Молодой человек, вы случайно не Дима? Получив утвердительный ответ и встречный полувопрос-полуутверждение:

- А вы – Андрей?

Мы, не сговариваясь, двинулись прогулочным шагом по широкой, но малолюдной в это время улице. Вначале оба молчали, присматриваясь друг к другу, затем завели ничего не значащий разговор о погоде, о городе, о людях. Постепенно выяснились некоторые детали биографии моего собеседника (точнее, я задал пару вопросов о возрасте, месте учебы и т.д.). Оказалось, что Дима живет один в однокомнатной квартире, учится в Нархозе. В ответ рассказал о себе. Наконец, заговорили о главном.

- А почему ты решил дать объявление? – спросил я.

- Хочу найти друга, - как-то застеснявшись, ответил он. И тут же сам поинтересовался, – А ты почему ответил?

- Да вот, хочется всего в жизни попробовать.

- Так ты что, в первый раз? – удивился Дима. – В первый раз трудно.

- Ну, не в первый, было еще пару раз и до этого, но как-то не очень серьезно, - сказал я, пытаясь быстренько замять эту тему.

***

Первый раз мой сексуальный опыт с парнем состоялся в школе. Ко мне домой как-то утром зашел друг Славка. Учились мы в разных школах, но уже давно дружили семьями. Частенько в наших с ним играх присутствовали эротические моменты: то играли во врачей, снимая друг перед другом трусы и производя загадочные операции на попках и письках, то в древних греков (которые, по нашему глубокому убеждению, ходили голыми). Давно перестали друг друга стесняться. Однако собственно до секса дело как-то не доходило.

Так вот, в тот день родители с утра были на работе, а занятия в школе начинались во вторую смену. Славка предложил, как всегда, поиграть. Решили играть в дурака на раздевание. Когда на мне ничего не осталось, а на Славке только носки, он предложил сыграть на желание. Я согласился. И позорно проиграл. Тогда дружок сказал:

- Давай, ты будешь моим рабом, будешь делать все, что я прикажу.

К этому времени наши членики уже вовсю торчали, как толстые карандаши из коробки. Славкин член был прямым, как палка, и задирался верх под углом почти в 90 градусов. Мой больше походил на растолстевший крючок, чуть пригнувшийся к земле. По приказу моего "рабовладельца" я взялся ладонью за его письку и начал тихонько водить рукой туда-сюда. Славка сидел на диване, закрыв глаза, и лицо его выражало высшую степень наслаждения. Через пару минут он сказал:

- Дрочи быстрее.

- Чего? – не понял я. Раньше мне как-то не доводилось слышать это слово.

- Ну, то, что ты сейчас делаешь, называется "дрочить", - объяснил он.

Я стал в ускоренном темпе дергать Славкин член, а его хозяин на диване выделывал голым телом какие-то замысловатые движения. Вдруг из дырочки на кончике раскрасневшейся головки брызнула неслабая струя какой-то белой густой жидкости. Она попала мне на голую грудь, и я почувствовал, что жидкость теплая. В испуге я отпрянул, выпустив из рук Славкино достоинство.

- Что, испугался? – засмеялся товарищ. – Не бойся, это же просто сперма. Ты что, никогда спермы не видел?

- Нет, - честно ответил я. - А что это?

- Ну, мне знакомые ребята из десятого класса рассказывали, что из спермы появляются дети, когда она в пизду попадает. А когда она из хуя течет, как сейчас было, то очень классно!

Я вспомнил, что иногда и у меня по утрам из стоящего члена на трусы выделяется нечто похожее: мокрое и липкое, поэтому трусы приходилось тайком от родителей менять. Однако дрочить я еще никогда не пробовал.

- Слушай, Славка, а подрочи и ты мне! – попросил я.

- Вообще то ты мой раб сегодня, - напомнил дружок о моем позорном проигрыше. – Ну, ладно, так уж и быть. Садись, а лучше лягу на пол.

Я лег, а Славка взял в кулачок мой член и начал методически то опускать, то поднимать руку. Ощущение незабываемого блаженства и кайфа овладело мной. По всему телу пробегала сладостная дрожь, хуй в Славкиной руке напрягся и стал пульсировать, а через несколько секунд ввысь взметнулся фонтан. Часть спермы попала на мой лобок, еще почти чистый, лишь начинавший покрываться первым пушком, а часть пролилась на ковер. Чувство блаженства сменилось страхом, что родители могут все узнать, и я стремглав бросился в ванну за мокрой тряпкой. Когда следы на ковре были уничтожены, я немного успокоился и обратил внимание на себя: грудь и живот были покрыты моей и Славкиной спермой, от которой исходил странный, но довольно приятный и возбуждающий запах. Наверное, все мальчишки немного балдеют от этого запаха, исходящего от них самих и от их выделений, особенно когда походишь несколько дней в одних трусах. Сперма уже стала подсыхать и потихоньку стягивала кожу.

- Слав, я пойду помоюсь? - полувопросительно сказал я, все еще помня, что я – раб.

- Подожди, Андрюха, успеешь. Иди сюда, кое что покажу, - Славкин голос как-то странно подрагивал, а член, "сдувшийся" после первой дрочки (или дрочения – черт его знает), вновь смотрел в небо. - У вас есть какой-нибудь крем: ну, для лица, для рук? Принеси!

Я пошел в родительскую спальню и притащил целый тюбик какого-то крема.

- Намажь мне письку, - потребовал дружок. Я покорно, как и полагается послушному рабу, начал отвинчивать колпачок тюбика. Выдавив на ладонь немного крема, обхватил пальцами горячий Славкин член.

- Стань на колени, - последовал новый приказ "хозяина".



Часть 2

Ощущение близости чужого юношеского тела, голого и горячего, от которого исходил тот самый уже упоминавшийся возбуждающий запах, заставило и мой член вновь воспрянуть. Яйца немного болели, но приятно. Стоя на коленях, я намазывал кремом Славкино орудие, находившееся на уровне моего лица, и мне почему-то захотелось взять его в рот. Однако я этого не сделал, потому что пенис был уже покрыт изрядным жирным слоем.

– Опусти руки на пол и повернись попой, – в Славкином голосе чувствовалось вожделение. Выполнив его очередной каприз, я почувствовал прикосновение к своим ягодицам холодного крема из тюбика. Славкина рука стала намазывать мне то место, которым, извиняюсь, какают. Его палец проник в отверстие и несколько раз там провернулся.

– Приятно? – поинтересовался друг.

– Немножко, – ответил я.

Стоя спиной к Славе, я не видел его, но почувствовал на поясе его жирные от крема руки. В тот же момент он начал засовывать свой член мне в анус. Это было немного больно, и я застонал. На минуту Славка ослабил свой напор, но потом продолжил. Мой сфинктер сопротивлялся, пытаясь вытолкнуть инородное тело.

– Да расслабь ты жопу, – тяжело дыша, выдавил он.

В конце концов, его член полностью оказался в моем заднем проходе. Немного постояв, Славка начал потихоньку выводить свой пенис, а потом вновь заталкивать его в мой зад. Постепенно распаляясь, он двигался все быстрее и быстрее. Мне было больно и приятно одновременно, я выгибался как потягивающийся кот, стонал, и мои стоны смешивались с громким Славкиным дыханием. Мы оба раскраснелись и вспотели, сердца бились в сумасшедшем ритме. Наконец он кончил и извлек из меня красный липкий член. Я не смог сдержаться, и на пол потекло жидкое дерьмо. Мой партнер не успел отскочить, и оказался заляпанным. Картина была еще та: два подростка, абсолютно голые, в сперме и говне, красные, как после бани, сидели посреди пола и тяжело дышали. Когда я разворачивался к Славке лицом, то прямиком угодил в созданную мной лужицу поноса. Болела задница, саднило яйца, в комнате не очень, мягко говоря, хорошо пахло. Обозрев содеянный разгром, я голышом зашлепал в ванну, а за мной – Славик. Хорошенько намочив тряпку, я прибрал в комнате, открыл форточку, чтобы освежить атмосферу, а сам пошел мыться.

Славка уже залез под душ и включил воду. Я последовал его примеру. Стоя вдвоем в ванной, мы обливали друг друга приятной теплой водой и натирали друг друга мыльной мочалкой.

– Слав, а когда я тебя?... Ну, в попу?... – мне очень хотелось попробовать совершить с другом то, что он несколько минут назад проделал со мной.

– Что, поебаться еще хочешь? – Славка окинул взглядом мой член, который вновь начал вставать. – А не сильно наглый ты для раба? Я что-то не припомню, чтобы рабы своих хозяев трахали, об этом в книжках не говорится, – он явно продолжал играть. Мне же действительно очень хотелось, о чем свидетельствовал большой красный сучок, выросший внизу моего живота.

– А чтоб хозяева рабов трахали, я об этом тоже нигде не читал, – попытался как можно язвительнее произнести я. – И книжек об этом не пишут.

– А вот и пишут. Я у отца на полке нашел – "Сатирикон" называется. Там про это написано. Как-нибудь придешь – почитаешь, – Славкина уверенность сбила меня с толку. – А насчет "в попу" – так ладно. Давай прямо здесь, чтобы комнату не пачкать.

Я быстренько вылез из ванной и мокрый зашлепал в комнату за кремом. Вернувшись, увидел, что Славик стоит ко мне спиной, опираясь руками о стену и широко раздвинув ноги. Быстро намазав свой член и его задний проход кремом, я попробовал засунуть первый во второй. Но я очень волновался, торопился и никак не мог это сделать. От обиды стала спадать эрекция, и член начал катастрофически уменьшаться.

– Давай по-другому, – предложил Славка. Он уложил меня на дно ванны, а сам стал дрочить мой хуй. Когда тот вновь окреп, Слава сверху стал садиться на него. После долгих усилий ему это удалось. Он стал приседать, постепенно насаживаясь на этот импровизированный кол, а затем приподниматься. Я уперся руками в дно ванны и в меру скромных возможностей, предоставляемых таким неудобным положением, двигал всем телом навстречу Славке. Но кончить мне не удалось. Обессиленный этими физкультурными занятиями, я затих на дне. Видя мое расстройство, партнер стал вновь просто дрочить: то медленно, то быстро. В конце концов, его усилия над моей непослушной плотью увенчались успехом; правда, спермы было гораздо меньше, чем в первый раз, и она оказалась какой-то водянистой.

– Смотри, все получилось, – радостно сказал Славик, поднося к моему лицу свою липкую руку. – А теперь ты должен это съесть, чтобы в следующий раз было лучше. Давай, давай, не упрямься. Это приказ, – сказал он, видя мою неохоту.

Мне действительно вовсе не хотелось тогда глотать свою собственную сперму, но я не хотел обижать приятеля, который только что проявил столько энергии, чтобы доставить мне удовольствие. Я осторожно слизнул немного с его ладони. Сперма была чуть солоноватой, но по-настоящему я вкуса тогда не разобрал, потому что Славка вдруг неожиданно размазал мне все, что надрочил, по лицу. Вид у меня, наверное, был очень смешной – по крайней мере, Славка чуть живот не надорвал от хохота. Наконец все следы сексуальных наслаждений были смыты, мы вылезли из ванной, вытерлись, оделись и двинулись по своим школам, поскольку как раз подошло время занятий.

***

Воспоминание о первом гомосексуальном сношении меня возбудило. Я внимательно посмотрел на Диму. Это был худощавый парнишка, лет двадцати, с копной светлорусых волос на голове. Его интеллигентное лицо чуть-чуть портила некоторая слащавость, но в целом мой собеседник производил приятное впечатление. Захотелось крепко обнять его и поцеловать в алый ротик с чуть пухловатыми губками. Я еле сдержал свой порыв.

Чтобы уйти от предыдущей темы, я спросил:

– А какое-нибудь хобби у тебя есть?

– Ну, я походы люблю... – было видно, что Дима колеблется, можно ли почти незнакомому человеку открывать свои тайны. Но мой вид, похоже, вызвал у него симпатию, поэтому после небольшой паузы он сказал:

– А еще я люблю заниматься эротическим фото.

В ответ на немой вопрос Дима извлек из кармана куртки фотоальбом и протянул мне. Открыв его, я чуть не присвистнул. На первой фотографии красовался мой собеседник, в спортивной кофте, кроссовках и кепке, но без штанов. Перевернув страницу, я увидел абсолютно обнаженного Диму, стоящего раком и заталкивающего себе в анус свечу. Весь альбом состоял из подобной порнухи. Иногда на фото появлялся второй, незнакомый мне парень. Он то раздвигал Диме ноги, помогая засовывать в задницу разнообразные предметы, то трогал его член, то просто обнимал "фотомодель". Дима объяснил, что это его друг, фотограф, который, как я понял, первым и предложил подобные съемки.

– Интересно, – сказал я, возвращая альбом, тут же поспешно спрятанный хозяином в карман куртки. Фотографии распалили мое воображение, член в джинсах готов был порвать ткань, преграждавшую ему путь к свободе и сексуальной разнузданности. – Какие планы на сегодняшний вечер?

Немного поколебавшись, Дима предложил зайти к нему. По дороге мы купили бутылку вина и торт. Мой новый знакомый жил недалеко, в стандартной пятиэтажке хрущевских времен. Однако на дверях в подъезд висел исправный кодовый замок, а на лестничной площадке было непривычно чисто и светло.

Димина квартира на четвертом этаже была небольшой, но уютной. Помимо комнаты имелся на удивление просторный для подобного типа жилищ коридор и небольшая, но чистая кухня.

– Проходи, раздевайся, а я сейчас чайник поставлю, – Дима быстренько сбегал на кухню и вернулся оттуда со штопором и двумя бокалами.



Часть 3 (последняя)

Мы сели, я – в кресло, а хозяин – на диван, поставили на маленький журнальный столик торт и вино. В воздухе повисло неловкое молчание.

– Ну, открывай уж, – наконец, сказал я, заметив, что собеседник все еще держит в руках штопор.

Разлив вино по бокалам, мы, не сговариваясь, оценили букет и сделали по маленькому глотку.

– А ты где вино пить научился?– спросил Дима.

– Да частенько в Крым езжу, а там полно дегустационных залов. Ну, и книжки почитываю.

– А меня друзья научили.

Вновь повисла пауза.

– Что ж, будем заниматься, за чем пришли? – я решил взять на себя инициативу. Дима согласно кивнул, и тут же спросил:

– А ты не против пофотографироваться?

Я в принципе был не против, но мне вовсе не улыбалось, чтобы потом мои фотки продавались по всем углам или, не дай бог, появились в интернете. Но Дима сказал, что отдаст пленку мне, лишь бы я сделал ему фотографии. На этом и порешили. Для полного моего успокоения хозяин квартиры даже вынул из шкафа черную вязаную шапочку с прорезями для глаз, носа и рта, такую, в которых обычно показывают спецназовцев по телевизору, и предложил ее надеть. Сделав это, я пересел на диван и положил руку на Димину талию. В такой позе мы еще немного выпили. От близости мужского тела мой член стал проявлять признаки нетерпения. Посмотрев на штаны соседа, я понял, что и у него то же самое. Продолжая обнимать парня, второй рукой я стал расстегивать ему рубашку, а его рука стала ласкать бугорок на моих джинсах.

Когда Димина рубашка и мой свитер оказались заброшенными далеко в угол, на свет появился небольшой фотоаппарат. Мы щелкнули друг друга оголенными по пояс. Затем Дима присел передо мной и начал расстегивать ширинку. Он стащил с меня джинсы, а затем снял свои, вместе с трусами. Парень был красив. Мне захотелось обнять его, потрогать руками его нежную кожу, небольшие коричневые сосочки на крепкой юношеской груди. Я посадил его к себе на колени, так, чтобы ноги свисали по разные стороны, а крепкий член уперся мне в живот. Димины голые ягодицы явно ощущали, как в плавках дергается мое орудие, желая вонзиться в небольшое отверстие между ними. Я прижался ртом к его груди, а руками стал поглаживать мягкую теплую попку.

– Сделай мне минет, – тихо прошептал я.

Партнер послушно соскользнул на пол и снял с меня плавки. Его голова склонилась над торчащим членом. Я ощутил, как головка вошла в горячую и влажную пещерку рта, а язык начал ласкательные движения вокруг. Мои руки крепко обхватили копну Диминых волос и начали то притягивать, то отталкивать его голову. Плотно сомкнутые губы парня приятно давили на пенис. Я попробовал засунуть весь ствол, чтобы нащупать головкой гланды. Этот прием называется "глубокое горло", и обычно он несколько болезненный для партнера. Дима вытерпел, чем доставил мне большое удовольствие. Затем он освободил пенис, обхватил ствол рукой и начал мастурбировать, одновременно лаская ртом мошонку. Это было очень приятно. Мои руки поглаживали Диму по голове, как будто это была маленькая собачка, свернувшаяся на коленях.

Через несколько минут мы оба лежали на ковре, страстно обнимаясь и целуясь. Наши руки ласкали члены друг у друга. Мне очень понравилось, как это делал Дима: он крепко обхватывал двумя пальцами, как кольцом, мою мошонку под самым пенисом и начинал сдавливать яички, а затем резко отпускал. Когда же начинал дрочить, то его пальцы прикасались к пенису очень ласково, а затем резко сжимался кулак. Судя по всему, он был большой мастер по части онанизма. Ему, похоже, также нравились мои ласки. Я положил Диму на спину, а сам повернулся "валетиком". Наши члены оказались на уровне ртов друг у друга, и мы начали одновременно отсасывать друг у друга. Мои ягодицы постепенно убыстряли темп, Дима помогал рукой, направляя член. Почувствовав, что сейчас кончу, я остановился. Мне не хотелось, чтобы это произошло так быстро.

– Что случилось? – поинтересовался партнер.

– Да ничего. Ложись на живот, – я решил приступить к основному совокуплению.

– Подожди, давай сфоткаемся.

К этому времени я давно сбросил маску с лица, которая слишком мешала. Мне уже стало все равно: увидит ли кто-нибудь мои фото, или нет. Мы сделали несколько снимков нас по отдельности в различных позах. Затем Дима поставил фотоаппарат на штатив, стоявший в углу (я его раньше как-то не заметил) и нажал на "долгий спуск". Я засунул свой торчащий член ему в рот. Раздался щелчок. Мы повторили так несколько раз, меняясь местами и ролями.

Наконец приступили к главному. Дима достал презерватив и, стоя на коленях, натянул его на мой член.

– Ну и хуй у тебя – такой толстый и твердый, что даже страшно! – весело сказал он, все еще не отпуская мое достоинство. Ему явно нравилось держать в руках чужие детородные органы.

– Ладно уж, становись раком, – скомандовал я. – Жопу смазывать не будем?

На свет появилась круглая коробочка с кремом. Дима зачерпнул немного и стал намазывать мой презерватив (естественно, на моем члене). При этом он второй рукой тихонько дрочил себе.

– Мне ложиться, или будем стоя?

Дима подошел к дивану и оперся одной рукой на его спинку. Вторая рука не переставала дрочить. Я зашел сзади и щедро стал натирать его попку, ласкательными движениями пытаясь снять напряжение. Несколько раз мои пальцы проникали в его задний проход и ощущали сопротивление сфинктера. "Сейчас я тебе устрою, маленький безобразник", – в голове промелькнули даже для такой ситуации весьма похабные картинки. Мой член осторожно начал входить в анус. Дима напрягся.

– Расслабься, – приказал я, для верности шлепнув парнишку по голой спине. Дима застонал.

– Нечего стонать, – второй шлепок пришелся по мягким ягодицам.

Так, потихоньку пошлепывая то по спине, то по заду, я наконец ввел пенис в Димин проход. Я опирался на стоящего раком партнера, моя левая рука ласкала его грудь, тихонько пощипывала коричневые соски, а правая крепко обхватила Димин член. Я начал совершать фрикции, то тихо, то быстрее, и одновременно дрочил парню. Тело подо мной напрягалось и извивалось, дергаясь в такт движениям моих ягодиц. Парнишка постанывал, и в его стонах чувствовалось наслаждение. Член в руке напоминал батарею парового отопления, по нему проходили какие-то непонятные волны. О моем и говорить нечего. Орудие работало так, будто хотело продолбить глубокую шахту, прямиком в Америку. Сердце колотилось, напоминая тот самый "пламенный мотор", о котором пелось в старой песне. Дима начал вскрикивать, я тоже.

Казалось, что если бы не смазка, то задница моего товарища уже давно была бы объята пламенем, а от моего члена можно было бы зажигать олимпийский огонь. Темп становился все более сумасшедшим, я выпустил пенис партнера и плотно обхватил его талию. Дима тоже не мог дрочить, потому что крепко держался за спинку дивана. В комнате раздавалась такая гамма приглушенных звуков, что можно было подумать, будто тут кого-то пытают, предварительно залепив рот пластырем. Наконец я почувствовал, как по каналу члена побежал горячий поток, смывая на своем пути остатки разума и чувств: наступала нирвана оргазма! "А-а-а-а-а!" – вырвался у меня долгий стон ни с чем не сравнимого блаженства. "О-о-о-о-о!" – вторил Дима.

– В рот! – отрывисто приказал я, выхватив, как из ножен, член из ануса.

Дима быстро стал на колени, одним движением сорвал презерватив и начал стремительно дрочить. Ему в лицо и открытый рот брызнула тяжелая густая струя, за ней еще, еще, еще... Сперма растекалась по щекам, носу, глазам, забрызгала волосы, полилась на шею и грудь. Из последних сил я буквально насадил Димину голову на мой торчащий член, и последние капли семени пропали у парня в животе. Через некоторое время значительно помягчевший и уменьшившийся пенис был извлечен из чужого рта. Он напоминал только что родившегося младенца: мокрый, красный, сморщенный, но счастливый!

В это время я ощутил какие-то капли на своих ногах. Опустив глаза, поднятые к потолку в порыве наслаждения, я увидел, что Дима не терял времени даром: его рука терзала твердую плоть, исторгавшую фонтаны белых брызг. Я присел и мягко отвел его руку. Чужой член вошел в мой рот, который тут же наполнился вязкой теплой жидкостью. Было безумно приятно, что он в меня кончил. Я стал на колени, и мое лицо оказалось напротив Диминого. Мы стали целоваться, наша сперма смешивалась во рту, размазывалась по голым телам...

Мы, обессиленные, но довольные, лежали рядышком на ковре. Дима прикрыл глаза и закинул руки за голову. Повернувшись на локте вполоборота к нему, свободной рукой я поглаживал его молодое здоровое тело: грудь, живот, лобок, член, ноги, – и обратно. А в голове проносились разные мысли, среди которых наиболее отчетливой была о том, что, скорее всего, мы больше никогда не увидимся. Так и случилось. Он пропал, ушел из моей жизни, но воспоминание об этой встрече осталось навсегда...